Быстро не значит качественно, или значит? Скоростной процесс против ТОАЗа

Удивительную скорость, с которой протекает процесс над обвиняемыми по делу ТОАЗа, можно объяснить только заинтересованностью суда в исходе данного дела. По другому сложно оправдать те нарушения, которые допускаются служителями фемиды в отношении сторон процесса, информирует mos.news.

На данный момент процесс перешел в стадию прений. Несмотря на то, что первоначально датой начала прений была назначена на 13 мая 2019 года. Перенос даты стал полнейшим сюрпризом для защиты. Ведь очередь предоставления доказательств суду только перешла к защите, но защита даже не успела заявить большинство свидетелей. Более того, начало прений является незаконным, так как не был допрошен уже заявленный стороной защиты свидетель. Адвокат Тихомирова намеревалась вызвать в суд Евгения Юдина, сотрудника ТОАЗа, который мог подробнее рассказать о процессе ценообразования на продукцию предприятия.

Напомним, что в качестве подсудимых по делу проходят Владими  Махлай, Сергея Махлай, Евгений Королёв, Беат Рупрехт-Ведемайер и Андреас Циви. Всем им вменяются действия, подпадающие под ч.4 ст. 159 УК РФ. Суть обвинения заключается в том, что подсудимые вступили в ценовой сговор при реализации продукции ТОАЗа. На самом же деле никто из них не имел влияние на формирование конечной цены. Она всегда устанавливалась ценовым комитетом. Цена всегда была рыночной и конкурентной. На цену влияло множество факторов, логистика, квоты на поставки и т.д. Подсудимые только визировали ту цену, которую им предоставлял ценовой комитет, не пересматривая её. В ценовой комитет входили: руководители служб завода, а именно бюро и отделами по экспорту аммиака и карбамида, финансовой службой, бухгалтерией и коммерческой службой, назвав и конкретные фамилии этих руководителей служб, которые работали в данный период – Игнатьеву, Шарипову, Иванова, Судникову, Юдина, Альбекову, Милосердову, Тарасенко и Кнаппа.

Казалось бы, при  наличии такого количества свидетелей не должно составить особого труда выяснить истинное положение вещей. Но не всё так просто! Заседание перешло в стадию прений после появления тайного свидетеля защиты под псевдонимом «Воробьёв», который однозначно показал, что никто из подсудимых не был причастен к ценообразованию. Что цену формировал только ценовой комитет. Этот свидетель так же рассказал на давление, которое на него оказывали представители «Уралхима».  Его уговаривали дать показания против руководства ТОАЗа, пообещав засекретить его показания. Так же как они уже это сделали с Тарасенко и Судниковой. А в случае если он будет говорить что ему известно про сотрудничество Тарасенко и Судниковой с «Уралхимом», ему просто не сносить головы.

Сопоставив показания всех свидетелей в процессе, адвокат Тихомирова подала ходатайство о выводе показаний Тарасенко и Судниковой, которые те давали и в открытом качестве и в качестве тайных свидетелей «Петрова» и «Соловьёва». Но суд оставил это ходатайство без удовлетворения.

И в целом процесс проходит очень странно. О заседаниях объявляют за полтора часа до их начала, очередное заседание переносится на завтра, хотя должно было состояться через две недели, прения начинаются вопреки закону, адвокатам не дают времени ознакомиться с делом, рассмотрение гражданских исков начинается ещё до окончания уголовного процесса. Причём по гражданским искам стороне ТОАЗа запрещено задавать вопросы свидетелям и участвовать в процессе. Президент в своем послании упоминал медлительность следствия и суда в России, но вот почему-то кажется, что он не совсем такое решение вопроса предлагал, отмечает издание «Хронограф».